gobis | (no subject)

Я продержалась недели три.

К вечеру среды опять задолбалась и уехала на четыреста восьмидесятом автобусе.

Сегодня (в воскресенье посреди святых русских праздников) поехала после работы в бассейн. Разулась-разделась, сложила одежду и рюкзак в кабинку, заперла, ключ надела на руку, пошла плавать.
Вернулась. Открыла кабинку со своим номером. Кабинка пустая.
Подёргала дверцы кабинок на две-три правее и левее места, где стоят мои ботинки. Все пустые. Не могла же я раздеться далеко от своей обуви. Нигде ничего, кроме одной соседней, которая заперта и этим ключом не отпирается. И стою одетая в полотенце, и не знаю, как и кому свою проблему-то сформулировать. Спускаться на ресепшн в этом неудобно.
Через некоторое время мимо проходила уборщица. Вот, говорю, какой-то косяк, побудьте, пожалуйста, со мной, пока я тут дёргаю дверцы, чтобы никто не подумал, что я со злым умыслом по чужим кабинкам шарюсь.
Уборщица позвала девушку с ресепшн, она пришла и отперла ту единственную соседнюю кабинку, которая была заперта и не открывалась. Сказала, что такое возможно: я перепутала номер сразу, когда складывала вещи, а их ключи запирают все кабинки, а отпирают только свой номер. (Это не так: однажды мне дали какой-то номер-перевёртыш типа 61-19, но кабинка оказалась уже занята, я не стала менять ключ и воспользовалась другой, и тогда она и открылась другим ключом, и закрылась.)

В общем, когда моя мама начинает закипать глядя на моих мальчиков и тихо возмущаться, как я живу с такими раздолбаями, я только плечами пожимаю. Мы нашли друг друга преотличненько. А кому не нравится, тот с нами и не живёт.

Надя, если ты это читаешь, ты прости, я тебе уже с месяц не писала. Реально не могу собрать мозг в щепотку.