(no subject)

Анька, женщина-катастрофа и моя старая подруга, теперь работающая в московском офисе, запостила мем.



Мы часто пересекались на разнообразных horror jobs.
В конце 2010 она сосватала меня переводчиком на поганую подработку, где можно было узнать много нового - о языке, о жизни и вообще. Ужасное начальство, убогие деньги (500 руб за полдня, 1000 - за день, в который накатывали примерно 300 км (ya tengo el culo cuadrado), обед за свой счёт), госслужбы и страшные бабы с чугунными яйцами, хаос, боль и слёзы. Ты ничего не контролируешь и никак не влияешь на ситуацию.

Анька работала с израильтянами, я - с испанцами.
Израильтяне хотя бы в шаббат давали ей отдохнуть.

У меня было примерно 5 работ, круглые сутки: я копила на декрет. Родная фирма, над которой вообще никогда не заходило солнце, пара проектов с конкурирующими компаниями, переводы и репетиторство. И в некоторые месяцы в сумме зарабатывала мифическую среднестатистическую зарплату жителя Иркутской области, чем очень гордилась.

Эту подработку наше государство начало сворачивать в 2012 году, когда стали мощно создавать образ внешнего врага, и к 2014 практически всё прикрылось. Весной 2014 я последний раз ездила с ними в Шелехов.

Сейчас я с ностальгией думаю и о тех временах, и о тех заработках.
Да, Анька, да.
Хорошие времена-то были, оказывается.
Для всех.