Пережили офф-сезон
Табадабада, на работе №2 таки пошёл обратный отсчёт! В понедельник провожаю последних клиентов. Все документы получены, выбиты в страшных боях с бюрократией. Осталось выяснить завтра, дадут ли нам в авиакомпании хитровымудренную счёт-фактуру, сложить документы в пакет и получить уже свои бабосики. И, собственно, отвезти людей в аэропорт. Не вставать на регистрацию к стойке, где работает невменяемая девушка Светлана, которая в позапрошлый раз умудрилась регистрировать нас полтора часа подряд. И не нарываться больше на скандал на секьюрити контроле; их и так порвёт, когда увидят меня с выводком в третий раз за неделю.
И до осени не произносить стыдных речей типа "Не знаю/ Не знаем/ Никто не знает. И не скажет." "Не можем никак." "Такие правила, никто ничего не может сделать." "Ну, давайте, я ещё раз спрошу." "Мы позвоним, когда что-нибудь узнаем." "Не наша вина."
Можно возвращаться в режим "за Ваши деньги хоть закат солнца вручную".
А потом можно отоспаться, вызвать рабочих для обмерки окон, показаться на проверку врачам, искупаться уже в первый раз и испечь какой-нибудь хлебушек. Пока через пару недель не закрутилась свистопляска.
И до осени не произносить стыдных речей типа "Не знаю/ Не знаем/ Никто не знает. И не скажет." "Не можем никак." "Такие правила, никто ничего не может сделать." "Ну, давайте, я ещё раз спрошу." "Мы позвоним, когда что-нибудь узнаем." "Не наша вина."
Можно возвращаться в режим "за Ваши деньги хоть закат солнца вручную".
А потом можно отоспаться, вызвать рабочих для обмерки окон, показаться на проверку врачам, искупаться уже в первый раз и испечь какой-нибудь хлебушек. Пока через пару недель не закрутилась свистопляска.